ПРОЕКТ «СВЕТ ФРЕСОК ДИОНИСИЯ - МИРУ» ПАМЯТНИК НАЦИОНАЛЬНОГО И МИРОВОГО ЗНАЧЕНИЯ В ТВОРЧЕСКОМ НАСЛЕДИИ ЮРИЯ ХОЛДИНА Некоммерческая организация Фонд поддержки и развития проектов по созданию изобразительного материала, изданий и экспозиций нового поколения «Фрески Руси»

Русская Голгофа

«Русская Голгофа» (Соловецкий монастырь. Возвращение обители) - выставочный цикл Юрия Холдина, включающий около 100 композиций. Тема - судьба России, живой процесс возвращения людей на рубеже ХХ-ХХI вв. к своим историческим святыням, к духовным корням. Тема истории Соловецкого монастыря в ХХ столетии, возникшая в выставочном формате уже после ухода мастера, в его творчестве не случайна. Свет возвращения к Святой Руси он увидел на пути веры и следования за Христом, «сквозь призму Русской Голгофы». 
 «На первый взгляд это совершенно разные фотографические серии. Соловецкая делалась в 1992 году, работа в Ферапонтове началась три года спустя. Съёмка в Ферапонтове ставила целью пластикой искусства фотографии приблизить современного зрителя к осмысленному восприятию замысла великого иконописца Святой Руси. На Соловках же Холдина интересовала тема жизни, в конце ХХ столетия вновь возвращающейся на место разрушенной, политой кровью мучеников древнейшей обители – «форпоста Северной Фиваиды». Тема, которая волновала Холдина прежде всего, и в том и в другом случае прочитывается в его видении общего в таких, казалось бы, на первый взгляд разных судьбах святых мест России. Судьба ферапонтовских фресок, на первый взгляд благополучных с точки зрения сохранности, на деле оказывается не менее трагичной, чем судьба разрушенных в прямом смысле пострадавших в ХХ веке святынь. Как это ни парадоксально, но объединяющая сила художественного видения даёт нам увидеть, что фрески Дионисия, претерпевавшие в годы атеистического лихолетья ужасающие искажения в искусствоведческих интерпретациях, в полиграфическом и копийном вариантах показа их, пострадали в нашем восприятии не менее, чем руинированые храмы Соловецкого монастыря. Изысканная красота фресок и северной русской природы, открывшиеся нам глазами Холдина, соседствуют на выставке с образами, вызывающими чувство тревоги за судьбу мира тончайшей божественной Красоты. «Рана» – образ фрески с пробитой стеной, пугающий нас своей зияющей пустотой… Пламя цветов анзерского иван-чая, сквозь заросли которого далеко вдали виднеется пробитая крыша старой деревянной церкви; серые валуны на берегу озера и странный, изъеденный солью моря и ветрами обломок тёсаного дубового креста, устремлённый ввысь; крестный ход, словно спускающийся с неба, и фрагмент валунной кладки стены, сквозь которую пробиваются живые цветы… Соловки Холдина – это не пространство пейзажа и тем более не мир архитектуры. Можно подумать, что речь идёт о следах времени, его разрушительной власти. Иначе говоря, вроде бы перед нами знакомый мотив руин, известный в европейском искусстве со времён возрождения. На гравюрах и картинах европейских мастеров возникали развалины античных храмов, колонн, остатки форумов и цирков. Они были знаками исчезнувшего гармонического мира. Картина Пуссена с пастухами, отдыхающими у гробницы с надписью «И я был в Аркадии», тому уже хрестоматийное свидетельство. Власть времени ассоциировалась с властью природы. Попросту говоря, мотив руин неизбежен в вечной песне о встрече цивилизации и природы, времени и человека. Но если присмотреться к тому, какие именно «руины» выбирает на Соловецких островах Юрий Холдин, то ничего похожего мы не найдём. Дело не в том, что нет отстранённого любования красотами древней цивилизации. Лестница на Секирной горе была последней дорогой для сотен узников СЛОНа… Обломок тёсаного дуба – основание сломанного креста на берегу озера Анзер. Да и пробоина в крыше старой церкви не похожа на результат северного шторма… «Руины», которые выбирает фотохудожник, связаны не с трагедией власти природы над творениями человека, а с трагедией расправы одних людей над другими. Иначе говоря, это не следы времени вообще, а следы вполне конкретного времени в России ХХ века. Холдин снимал Соловки в 1992 году, когда на Секирной горе устанавливался Поклонный крест. Удивительно ли, что для него тема трагической истории заключённых Соловецкого лагеря особого назначения, среди которых было очень много священников, связалась прочно с темой Голгофы. Фотография северных «руин» для него становилась свидетельством очевидца – о боли и трагедии. И – об искупительной жертве мучеников. Но в христианском представлении Голгофа не финал. Вслед за ней должно идти Воскресение. Обращение к целостному образу собора Рождества Богородицы с сохранившимися фресками Дионисия, с этой точки зрения, было возвращением к началу начал». Иван ВАСИЛЬЕВ «От Соловков до Ферапонтова» №8(6312) (2011-03-02)

®©ПРОЕКТ "СВЕТ ФРЕСОК ДИОНИСИЯ - МИРУ"

Просветительская программа www.dionisy.ru

Программирование сайта: НО Фонд "Фрески Руси"

Дизайн сайта: Кирилл Холдин

 

В оформлении сайта www.dionisy.ru использованы фотоработы

Ю.И.Холдина из серий "Фрески Ферапонтова монастыря" и "Соловецкая Голгофа"

Copyright © Фонд "Фрески Руси"

Фотографии транслируются со слабым разрешением и для полиграфии

непригодные. При полном или частичном использовании их на своих

сайтах ссылка на авторство и на www.dionisy.ru обязательна.

Пресс-служба Фонда "Фрески Руси".

2002-2016  гг.